Вино: частности 

Частная история о любви и дружбе

Ответственные товарищи из редакции предложили посвятить эту колонку дизайну винных этикеток. Ну и хорошо. Только разговор о дизайне винных этикеток – долгий и вести его должны специалисты. Ни места, ни квалификации у меня нет, зато есть одна частная история. О любви и дружбе. Я люблю вино по имени Le Pergole Torte. Я очень, очень его люблю. Этой страсти около 10 лет. Мне были доступны почти все винтажи, начиная с 1985. Среди красных вин Тосканы найдётся немало аристократов, лауреатов, долгожителей и т.д., но Le Pergole Torte всегда будет выделяться из их числа. Это вино – одиночка. Вино умопомрачительной красоты. Его изящество и утончённость не стали примером для многих последователей – потому что никогда не были предметом восхищения толпы. Le Pergole Torte придумал и произвел на свет Серджо Манетти (Sergio Manetti) – владелец поместья Montevertine.
В конце 60-х годов прошлого века Манетти решил посвятить лучший участок своего хозяйства лозе Санджовезе, чтобы делать вино для себя и своих друзей-знакомых. В 1977 году получилось достаточно вина, чтобы заполнить им пять барриков, купленных с оказией у выдающегося бургундского дома Domaine de la Romanée-Conti. Но вовсе не поэтому Le Pergole Torte можно считать одним из самых «бургундских» вин Тосканы. Причина – в его деликатности и сложности. Это одно из тех вин, к которым нужно «прийти». Протяженность пути непредсказуема. Но я уверен, что увлечённые вином обязательно преодолеют этот путь и будут вознаграждены за терпение и старания. Le Pergole Torte всегда вызывало зависть у соседей. Как-то раз, Манетти даже отказали в том, чтобы признать его вино достойным статуса Chianti Classico Riserva. Консилиум источавших непредвзятость дегустаторов даже не счёл возможным рекомендовать его к бутылированию! Серджо Манетти хватило сил выдержать это хамство.
Слава Богу, In Vino Veritas, а бюрократам бюрократово. И какое счастье, что Манетти повезло с друзьями, одним из которых был энолог и мастер-дегустатор Джулио Гамбелли (Giulio Gambelli), а другим – художник Альберто Манфреди (Alberto Manfredi). И каждый из них привнёс своё. О том, что привнёс Гамбелли, вы, вероятно, уже догадались. Полагаю, вы также догадались, что именно Манфреди стал отцом этикетки Le Pergole Torte. Точнее, этикеток, потому что на всех этикетках – женские портреты его работы. С 1982 года со всех бутылок Le Pergole Torte на нас глядят его музы. Они на нас глядят, а мы вожделеем к их содержимому. Такая вот гармония. По крайней мере, в моём случае – меня никогда не подводило Le Pergole Torte. Ни разу наша встреча не была омрачена плохой компанией, испорченной пробкой или другими возможными околовинными пакостями. Поэтому и кажется мне история наших взаимоотношений историей любви...
История дружбы Манетти, Гамбелли и Манфреди оказалась прерванной на рубеже 2000/2001 годов, когда, если не ошибаюсь, в течение трёх месяцев умерли Манетти и Манфреди. Дело Манетти продолжает его сын Martino, в распоряжение которого семья Манфреди предоставила изрядную часть архива, достаточную для того, чтобы ещё долгие годы мы могли получать великое вино (благо, Гамбелли жив-здоров) с загадочной этикеткой.
Завершая долгий рассказ о дизайне винной этикетки, ответственно заявляю: связи между её дизайном и вином, как правило, не существует. Зато иногда существует связь между их авторами.

Сергей Гусовский